Загрузка...

Подходцев и двое других. Часть I. Глава 11. Случай с Клинковым. Закат пышного солнца

 

Несколько дней прокатились над отуманенными успехом и вином головами трех друзей.

...Они сидели в мрачной комнатке ресторана "Золотой Якорь" и вели веселую непринужденную беседу обо всем, что приходило на ум.

- Наша беда в том, - заявил Подходцев, - что мы мало времени вращаемся в светском изысканном обществе. Мы дичаем, и нравы наши грубеют.

Громов рассмеялся.

- Это верно! Недавно я попал случайно в большое, чрезвычайно приличное общество, где было много дам. Я чувствовал себя отвратительным, угрюмым кабацким гулякой, а дамы казались мне такими чистыми, светлыми... ангелами из другого мира. Когда одна из них спросила меня - жива ли моя матушка? - я был так растроган, что чуть не заплакал...

- Более странная история случилась со мной, - перебил Клинков. - Надо вам сказать, братцы, что я пользуюсь у женщин чрезвычайным успехом... Правда, женщины эти - горничные, хорошенькие прачки, приносившие мне белье, а в лучшем случае - какие-нибудь девицы из "Эльдорадо", которым нравится мой внушительный вид и благородство жестов. Но я человек нетребовательный и довольствуюсь малым - прачка так прачка, девица так девица... Ей-Богу. И вот, вращаясь все время в этом обществе, попал я однажды на именины к одному видному человеку. Вам все равно, кто он такой... Важный такой старик, имеет единственную дочь барышню. Выпил я за столом несколько стаканов разных напитков, а потом пошел в маленькую комнатку рядом с гостиной, сел на диван, да и давай рассматривать книжку с картинками. Смотрю, эта девица, дочка-то, вошла, смотрит на меня, потом села около, "Как вам, - говорит, - нравится этот рисунок?" - "Забавный", - отвечаю я и в то же самое время машинально (такая уж у меня выработалась привычка с женщинами) кладу свою руку на ее талию... Она вздрогнула, изумленно смотрит на меня: "Что вы это? Что такое?!" Я ничего не понимаю, спрашиваю рассеянно, с легким недоумением: "А что? Что случилось?" Тут только я сообразил... Отдернул руку, будто оса ее ужалила, стал извиняться. "Извините, - говорю, - машинально!" Она сначала рассердилась, потом стала расспрашивать: "что за странная машинальность?" Я и объяснил ей откровенно: "видите ли, мне, собственно, не особенно и хотелось обнять вас - устал я от всего этого, - но как-то все-таки странным и невежливым казалось - сидеть рядом и не обнять. Войдите в мое положение: ведь с приличными, порядочными женщинами мне не приходилось сидеть..."

- Что ж она? - спросил Подходцев.

- Ничего. Пожалела... "Бедный вы, - говорит. - Вас спасти бы надо..." Выпьем за ее здоровье, братцы.

- Эй, кравчий, - крикнул Подходцев, властно хлопнув в ладоши. - Две бутылки вина и три порции фаршированных помидоров.

Слуга кивнул головой и убежал. Через пять минут он явился с громадным подносом, на котором стоял крошечный стакан вина и одна фаршированная помидорка.

- Это... что... такое?.. - с грозным изумлением вскочил Подходцев.

- Не знаю-с. Хозяин дали.

Все трое переглянулись.

- Баста, - засмеялся Громов. - Хозяин - машина хорошая и действует автоматически. Очевидно, наш капитал кончился на этой помидоре. Нельзя было более деликатно намекнуть об этом. Из тридцати рублей осталось копеек двенадцать. Щелк - и машинка захлопнулась!

- Позови хозяина, кравчий! Посмотрим в глаза опасности. А, хозяин! Здравствуйте, хозяин! Здоровы, хозяин? Ну, дорогой хозяин... Говорите прямо, мы приготовились к самому худшему. Ну что - уже?

- Уже, - заявил хозяин, бесчувственно и равнодушно осматривая потолок.

- Ладно. Будем же мужественны, панове! Берите ваши шапки и пойдем. Место богатым! Место миллионерам, черт возьми!!

...Через пять минут друзья очутились уже на свежем воздухе, искоса с лукавыми улыбками поглядывая друг на друга...

Аркадий Аверченко. Подходцев и двое других.