Загрузка...

Подходцев и двое других. Часть II. Глава 7. Клинков снова уезжает

 

Громов предъявил Подходцеву "тройку", состоящую из семерки, восьмерки и короля, и заметил:

- Сколько она у нас уже живет? Вторую неделю?

- Да, - подтвердил Подходцев, рассеянно покрывая короля валетом и принимая семерку с восьмеркой. - Девятый день.

- Первые два дня она тебя с собой брала, когда ездила по делам, а теперь все сама да сама...

- Может, она боится затруднять Подходцева, - задумчиво предположил Громов, набирая из колоды сразу семь карт.

- Не симптоматично ли, - криво усмехнулся Подходцев, - что ты, Громов, как раз в эту минуту остался в дураках.

- Ты предполагаешь, что в эту минуту? - злобно подхватил Клинков. - Я думаю - раньше.

Громов бросил карты на пол и вскочил с места.

- Ну, так я же вам скажу, что вы оба свиньи и самые грязные лицемеры. Как?! Вы меня упорно называете глупцом, упорно смеетесь надо мной... А вы?!! Ты, Подходцев, разве ты не пробродил от семи до девяти часов вечера по нашей улице?!

- Я папиросы покупал!

- Два часа? За это время можно купить целую табачную фабрику!! А Клинков?! Раньше он сравнивал детей с клопами, говорил, что они "заводятся" и что их нужно шпарить кипятком - что заставляет его теперь возиться с девочкой, как нянька? Откуда этот неожиданный прилив любви к детям?!!

- Я всегда любил ухаживать за детьми, - попробовал вставить свое слово Клинков в этот шумный водопад.

- Да! Когда им было больше восемнадцати лет! Разве я не вижу, что Подходцев все смотрит в потолок да свистит какую-то дрянь, а когда она приходит, он расцветает и прыгает около нее, как молодой орангутанг. Разве не заметно, что Клинков, под видом сочувствия к ее горю, то и дело просит "ручку" и фиксирует поцелуй так, что всех тошнит... И вот, оказывается, что вы оба правы, вы в стороне, а я - неудачный ухаживатель, предмет общих насмешек... и... и...

- Выпей воды! - холодно посоветовал Подходцев.

- К черту воду!!

- Мне эта истерика надоела, - сверкнув глазами, заявил Подходцев. - Я сейчас ложусь спать, и, если кто-нибудь еще вздумает оглашать воздух воплями, я заткну тому глотку своим пиджаком.

- Вся эта история чрезвычайно мне не нравится, - заявил вдруг тихо сидевший на своей кровати Клинков. - В воздухе пахнет серой и испорченными отношениями. Эта атмосфера не по мне. Вы как хотите, а я уеду. Сыт я по горло. Завтра сообщу свой адрес, а сегодня - прощайте.

Подходцев язвительно улыбнулся...

- Ага! Опять к дяде?

Клинков, не обращая на эти слова никакого внимания, сказал с озабоченным видом:

- Если девчонка вдруг проснется, пока мать не пришла, и начнет плакать, заткните ей рот мармеладом - у меня тут на шкапу для нее припасена коробка... Заверьте ее, что мать вернется с минуты на минуту. А то терпеть не могу этого визга.

- Да ведь тебя тогда все равно уже не будет!

- Ну, знаете, если такое сокровище раскричится, так и через три улицы слышно!.. Ну, вот и готово. Ничего, Громов, я сам. Чемодан не тяжелый.

Аркадий Аверченко. Подходцев и двое других.