Сновидение

 

Королевская дорога к субъекту

Уже не раз предпринимались попытки подвести фрейдовскую теорию сновидений под общий знаменатель. Существует основополагающая формула Фрейда: «Сновидение — это (замаскированное) исполнение (подавленного, вытесненного) желания». Впрочем, не следует упускать из вида и то обстоятельство, что Фрейд является автором нескольких теорий сновидений, последовательное появление которых ознаменовало его продвижение от неврологии к теории субъекта.

В «Очерке психологии», созданном в 1895 году, Фрейд попытался истолковать феномен сновидческого сознания на основе модели рефлекторной дуги процессов нейронного возбуждения. Важнейшим результатом этого предприятия можно считать его неудачу, после которой Фрейд избрал для осмысления сновидения новый феноменологический подход.

Этот метод вкупе с революционным подходом к его реализации с помощью самоанализа лег в основу первого главного труда Фрейда—«Толкования сновидений». В прославленной седьмой главе этого произведения еще можно обнаружить отголоски первоначальной нейрофизиологической теории, сконцентрированной в виде неврологической системы метафор: на этот раз рефлексомеханистическая модель описания уступает место словесной логике.

В «Лекциях» Фрейд называет очником сновидческих желаний «инфантильное «я»», и сновидческое желание неожиданно становится субъектом сновидения. Впоследствии Фрейд, пытаясь свести к минимуму риск, которому подвергалось его естественнонаучное мировоззрение, заменял механистическую неврологическую модель психики эволюционной биологической теорией.

После этого «поворота в сторону биологии» сновидение, которое прежде реконструировалось как механический процесс, стало восприниматься как функция рационального с биологической точки зрения организма. Хотя Фрейд полагал, что даже история культуры сказывается на генетической конституции, намек на теорию субъекта можно обнаружить и в этом мнении. После смерти Фрейда интерес психоанализа к философии угас, ибо наступила пора медицинского прагматизма, сопровождавшего создание эго-психологии.

К числу наиболее авторитетных научных работ этого периода относятся концепции Эриксона, который обратил внимание на явные сновидения и их связь со структурой личности, защитными способностями, стадией жизненного цикла и культурной идентичностью сновидца. Френч посвятил целую книгу описанию и осмыслению цикла сновидений одного пациента, выделив различные когнитивные уровни сновидения.

По мнению Френча, сновидение представляет собой мыслительную деятельность в состоянии сна, направленную на решение проблем. Сновидческая активность является системой закономерных представлений о действиях, которые формируются вследствие осмысления некой ситуации и посредством поступательной трансформации превращаются в образы сновидения. В последнее время к интерперсональной теории сновидений, на которую ссылались Френч, а также Канцер и Бергман, указавшие на «коммуникативную функцию сновидения», апеллирует Моргенгальтер. Руководствуясь клейнианскими принципами, Мельцер излагает теорию эстетики сновидения.

Между тем возникла новая научная отрасль, представители которой занимаются сопоставлением психофизиологических данных, полученных в ходе экспериментальных исследований сна и сновидений, с психоаналитическими теориями сновидений. Центр тяжести этих исследований приходится на теорию памяти. Одним из существенных аспектов этой отрасли исследований является ревизия концепции первичного процесса.

Если Фрейд полагал, что в основе сновидения лежит архаическая структура влечений, то в настоящее время речь идет о параллельном развитии процессов когнитивной и зрительной переработки информации, которые влияют на жизнь индивида и интегрируются в ходе сновидения.

Системы номотетического естественнонаучного и идеографического гуманитарного научного мировоззрения, которые пытался объеду нить Фрейд, легли в основу различных отраслей исследования. Новую попытку наведения мостов между ними, о перспективах которой, впрочем, пока можно лишь гадать, представляет собой методика неэмпирической дедукции в рамках логической модели развития процесса сновидения (см. «Психоанализ и когнитивная наука»).

Лейцингер-Болебер дерзнула охарактеризовать фрагменты сновидений с помощью отточенной компьютерной лексики, используемой в ходе исследований искусственного интеллекта, и предложила новый подход к осмыслению положений психоаналитической теории сновидений. Эти исследования способствуют развитию диалога между традиционной психоаналитической теорией сновидений и нейрофизиологией.

Стили толкования снов

В основу фрейдовской методики толкования сновидений были положены принципы медицинского опроса и личный опыт Фрейда в области микроскопических исследований. Фрейд полагал, что квалифицированный наблюдатель должен прилежно изучать материал, оказавшийся в ноле его зрения, до тех пор, пока не сможет выявить его структуру. «Квалифицированным» он считал опытного наблюдателя, получившего определенные знания методом проб и ошибок. Эта традиция толкования основана на герменевтическом принципе, согласно которому толкователь, руководствуясь предварительными гипотезами, должен постоянно предпринимать попытки выявления ранее недоступных структур.

Фрейд напоминает археолога, который собирает черенки, не забывая отмечать, где и в каком положении они были обнаружены. По мере исследования он приходит к выводам, позволяющим реконструировать процесс разрушения амфоры и таким образом воссоздать ее первоначальный облик. Фрейд напоминает и сыщика, который не гнушается слухами, прекрасно понимая, что они могут ввести в заблуждение, и сопоставляет противоречивые толки с фактами.

Метод свободных ассоциаций К. Г. Юнга возник в рамках иной традиции. Юнг отвергал методику экспериментальной психологии и поставил опыт, в ходе которого путем анализа замкнутой цепочки свободных ассоциаций, возникших в контролируемых условиях, он надеялся без помощи респондента определить «комплекс», то есть центр этой структуры. Даже нюансы этого метода исследования позволяют судить о том, то пути двух величайших теоретиков сновидений разошлись: Фрейд ставился исследователем, хранившим верность дискурсу, между тем как Юнг стал знатоком инвариантов.

Обращение к интерперсональной теории сновидений не могло не сказаться на методике толкования. Моргенгальтер соотносит любой рассказ о сновидении с контекстом, в котором этот рассказ возникает: «Когда анализанд рассказывает мне о своем сновидении, я прежде всего пытаюсь ответить на вопрос: зачем он рассказывает мне об этом сновидении именно сейчас?».

Дональд Мельцер разработал свою теорию сновидений на основе теории мышления Байона, который уподобляет сновидческую активность процессу психологического пищеварения, иными словами, процессу формирования структурированных образных представлений («альфа-элементов»).

В ходе развития ребенка это происходит лишь при условии того, что мать выполняет функции своеобразного «контейнера» для чрезмерного напряжения, которое невозможно реализовать в процессе сновидения. На практике это выражается в виде эмпатии и искреннего отношения к проективным идентификациям ребенка, а также способности к адекватной ответной реакции, в ходе которой идентификации ребенка лишаются патологического содержания. По мнению Мельцера, процесс толкования сновидений протекает аналогичным образом: «Аналитик позволяет пациенту вызвать у себя сновидение».

Начиная с ранних работ Штекеля особое значение для психоаналитической методики лечения имеет первоначальное сновидение. Считается, что первое сновидение, о котором сообщает пациент в ходе анализа, содержит в себе зерно ключевого конфликта.

Исследования сна и сновидений

Открытие феномена быстрых движений глаз во время сна и установление корреляции между этими спонтанными движениями и сновидческой активностью вселило в исследователей уверенность в том, что они определили психофизиологический показатель сновидения. Впрочем, довольно скоро выяснилось, что спектр применения этого показателя весьма ограничен, поскольку сновидения возникают и на других стадиях сна. Тем не менее масштабные исследования сна и сновидений были основаны именно на этом предположении, ибо слишком соблазнительной казалась возможность обретения точного истода, позволившего бы причаститься к старой, как мир, тайне сновидения.

Широкое распространение среди психоаналитиков получило мнение о том, что сновидение является субъективным воспоминанием о сновидческих мыслях или переживаниях. Зачастую высказывались еше более категоричные суждения о том, что сновидение представляет собой сообщение об этих воспоминаниях. Постижение «сновидения в себе» в соответствии с искаженными принципами объективизма не является целью психоанализа.

Таким образом, изыскания в области сна и сновидений, выполняя функцию фундаментальных исследований, не могут заменить интерпретативный подход. Несмотря на значительные затраты и претензии, эти исследования принесли немного пользы психоанализу и скорее могут служить ярким примером того, что даже столь точное определение психофизиологических показателей функциональных процессов почти не позволяет судить о мыслительных процессах, которые с ними сопоставляются.

Описание физиологических изменений в состоянии сна не может служить основой для изучения переживаний, связанных со сновидением, которое возникает в этом состоянии. С целью выявления содержания сновидений в рамках когнитивной психологии применяется метод анализа содержания сновидения.

При анализе фрагментов рассказа об определенном сновидении выявляются определенные эмоциональные элементы, после чего результаты, отображенные на шкалах, суммируются. Кроме того, учитываются «декоративные» критерии, в частности, количество персонажей сновидения, их половые и возрастные различия. Однако оба метода не позволяют учитывать динамические особенности большинства сновидений, их «текучий» характер.

Получить более или менее точные сведения о таком сложном комплексном и динамическом феномене, как сновидение, позволяют психоаналитические исследования, в частности современные методы исследования отдельных случаев, некоторые из которых требуют больших затрат. В данном случае примером может служить теория имитации сновидений, в рамках которой предпринимаются попытки создания точной компьютерной модели когнитивных процессов при возникновении отдельных сновидений.

Клинические особенности

В психоаналитической литературе не раз отмечались особенности сновидений определенных групп людей, в частности особые функции и значение детских сновидений. Согласно Когуту, психоаналитическая теория сновидений не позволяет объяснить сновидения, связанные с состоянием самости. Грунерт в ином контексте указывает на то, что определенные сновидения, в частности «сны наяву», служат для компенсации ущерба, нанесенного нарциссическими обидами. В данном случае явное сновидение призвано продемонстрировать невредимую самость. Вследствие «счерпывающего толкования латентных желаний, продиктованных влечениями, может вновь возникнуть угроза снижения нарциссической самооценки. На особые аспекты сновидений, характерных для лиц с нарциссическими тенденциями и пациентов, страдающих пограничным расстройством личности, указывает также Роде-Дахсер.

Источник: http://www.psystatus.ru/

Также на сайте: сонник Миллера

Загрузка...
Совместимость по знаку Зодиака
Гадание
Здоровье и питание
Оракул
Хиромантия
Тренинги